“По следам интервью о войне в Карабахе”: в чем был прав и неправ Серж Саргсян

Дата публикации: 17 февраля 2021

Вместе с экспертами разбираем утверждения бывшего президента Армении относительно боеспособности, оснащения армии и ошибок, допущенных нынешними властями.

Экс-президент Армении Серж Саргсян в ходе обширного интервью телеканалу Armnews затронул ряд острых военно-политических тем.

Вместе с экспертами Sputnik Армения разбирает вторую часть интервью, посвященную непосредственно армейскому строительству, военным действиям и связанными с ними решениями правительства во главе с Николом Пашиняном. Какие из его утверждений близки к реальности, а какие — не очень.

Закупка БПЛА

Одно из громких заявлений Саргсяна – планы бывшего правительства по закупке 2,5 тысячи беспилотников к 2024 году (тысячи в 2018-2020).

Военный обозреватель Давид Арутюнов считает, что такой план закупки БПЛА был бы вполне реализуем, особенно с учетом примерно указанного Саргсяном класса беспилотников – тактических, оперативно-тактических.

“Это не тот класс беспилотников, который сложно найти на рынке и дорого стоит. Это так называемые средневысотные БПЛА большой продолжительности полета”, — сказал Арутюнов.
Но здесь есть и другая сторона медали։ действительно ли реализация этого плана компенсировала бы отставание армянской армии в этой сфере и насколько? Сам Саргсян признал тот факт, что Азербайджан имел больше высокотехнологичного вооружения.

Следует помнить, что первые беспилотники Азербайджан приобрел у Израиля еще в 2008-2010 гг, то есть отставать наша армия начала уже достаточно давно.

“Это важно, потому что сроки приобретения играют роль и с точки зрения эффективности применения, есть больше времени на освоение”, — отметил Арутюнов.

Кроме того, озвученная Сарсяном достаточно громкая для Армении цифра в 500 миллионов долларов (на развитие авиации, ПВО и закупку беспилотников в течение пяти лет – до 2024 года), еще ярче иллюстрирует существенное отставание от Азербайджана, чей годовой оборонный бюджет заложена гораздо большая сумма.

То есть пятилетнюю программу можно расценивать, как попытку сократить отставание, но, в целом оно все равно бы сохранялось. Дойти до уровня Азербайджана и тем более превзойти после войны 2016 года вряд ли было возможно. Следует отметить, что проблема упиралась только в беспилотники и конкретные средства ПВО: есть также вопрос авиационной инфраструктуры, кадров – Азербайджан развивал это на протяжении лет.

По словам эксперта, для эффективной борьбы необходима была эшелонированная система ПВО, сформировать которую страна в одиночку не в силах, в первую очередь по финансовым причинам. Кроме того, нужно было интегрировать авиацию.

Эффективность азербайджанских БПЛА была связана и со слабыми возможностями армянской стороны в воздухе.

“Беспилотникам можно противодействовать не только пассивным путем (сбивая), но активно воздействовать на инфраструктуру, пункты управления, а это задача авиации и беспилотников”, — отметил Арутюнов.

С другой стороны, горный рельеф создает проблемы для создания сплошного радиолокационного поля. И с этой точки зрения о 100% обеспечении защиты только наземными средствами ПВО говорить не приходится.

Су-30 и “Искандер”

Концептуально развитие авиации необходимо для построения современной армии, но в условиях, когда война был “уже на пороге”, покупка Су-30 была несвоевременной.

В сложившейся ситуации можно было бы остановиться на более оптимальном решении или потратить деньги на иные виды вооружений, в которых армия очень нуждалась.

“Слова о том, что авиация Армении якобы не нужна некорректна. Саргсян признал, что были проблемы с авиацией. Но если средство превосходит наши ресурсы в плане освоения, то может быть не стоит его приобретать”, — отметил Арутюнов.

Что касается применения ОТРК “Искандер”, то в Армении сложилось мнение, будто комплекс может самостоятельно решать очень много вопросов. Это не так. Опыт применения более старых ОТРК в войне на фоне других серьезных проблем в армии показал, что они не сильно меняют ситуацию.

“Эта система должна действовать как часть оркестра, наряду с другими системами целеуказания, разведки и ударными возможностями той же авиации. Сейчас же выяснилось, что комплексы, которые должны были в случае необходимости поразить какие-то оперативные или стратегические цели на территории Азербайджана – эту задачу не решали”, – отметил эксперт.

Понятно, что локальное применение “Искандера” не могло переломить ситуацию. Проблема не в самом комплексе, а в том, как его использовать.

Таким образом, речь больше идет не о проблемах или отсутствии конкретного вида вооружений, а о наличии системных проблем в формировании современной армии.

Применение ВС Армении в Карабахе

Еще один острый вопрос – как использовались силы ВС Республики Армения в ходе войны. Саргсян заявил, что они далеко не полностью были задействованы в войне в Карабахе.

По словам Арутюнова, сейчас трудно говорить о реальных масштабах мобилизации из Армении, переброшенных силах и их участии. Информация об этом довольно противоречивая.

“Озвученные Саргсяном факты заслуживают внимания, но в то же время это одна из тем, которая требует отдельного расследования. Эта информация закрыта. Как принимались решения – никто не знает. Все на уровне слухов и активно используется в рамках внутриполитической борьбы”, — отметил Арутюнов.

Что касается возможного “прикрытия” границ Республики Армения со стороны России для переброса ВС Армении в Карабах, то что-то подобное произошло в Сюнике.

Россия прикрывала границу с Турцией, могла, в принципе, и в Тавуше, но здесь есть вопрос Нахичевана. Если бы конфликт приобрел больший масштаб или развивался неблагоприятно для Азербайджана, то нельзя исключать активность из Нахичевана, особенно с учетом близости Еревана. Опять же, по этому вопросу многие факторы на данный момент неизвестны, поэтому судить объективно о реалистичности такого сценария довольно сложно, подчеркнул эксперт.

В свою очередь политтехнолог Виген Акопян, комментируя этот вопрос, обращает внимание на то, что между РФ и Арменией есть подписанные договора. Но для их практической реализации нужны нормальные отношения со стратегическими союзниками.

“Все-таки это большая политика. В ней всегда помимо подписанных документов бывают негласные договоренности. Если правительство имеет конкретную программу действий, то оно может вместе со стратегическим союзником найти лучшее решение”, — отметил Акопян.

Худшие отношения с Россией со времен независимости

По мнению Акопяна, очевидно, что отношения между Москвой и Ереваном за последние два-три года претерпели значительные изменения в худшую сторону, “упав” на самый низкий уровень с момента независимости.

Трудно говорить о том, почему Пашинян не обратился за озвученной Саргсяном помощью, но можнօ утверждать, что еще до войны о фактических стратегических союзнических отношениях говорить не приходилось.

“Сегодняшнее руководство Армении для российских властей, по мнению российских экспертов, – непредсказуемый партнер. Велись ли переговоры “за спиной” (о чем говорил Саргсян – ред.), говорить сложно. Но вряд ли даже нынешние власти настолько наивны, чтобы надеяться на то, что заинтересованная сверхдержава могла не узнать о подобных переговорах”, — сказал Акопян.

Вопрос, по мнению политтехнолога, не в том, что в Ереване опасались отказа российской стороны, а в том, что армянские власти пытались “играть” сразу по нескольким направлениям.

“Чужие генералы”

Обвинения Саргсяна в том, что действующие власти не использовали потенциал прежнего военного руководства, по мнению Акопяна, обоснованы.

“Я считаю одним из главных недочетов нынешних властей во время войны в том, что они не смогли мобилизовать все ресурсы и консолидировать все общество вокруг одной цели”, — отметил Акопян.
Во время войны руководство Армении даже мешало этому процессу, в том числе своим отказом задействовать как бывших военных командиров, так и самих экс-президентов. Это нонсенс, считает эксперт.

Этот факт, на его взгляд, доказывает, что даже во время войны Пашинян и его команда думали о внутриполитических вопросах и удержании власти. Именно поэтому на первом этапе они вообще не вовлекали военных специалистов, а потом попытались перенести ответственность за поражение на них.

Ошибки самого Саргсяна

В ходе интервью Саргсян мог взять на себя ответственность за определенные упущения и даже сделал пару таких намеков, в частности, частично признал ответственность за то, что в конце концов власть досталась Пашиняну и его команде. Но не более того.

С другой стороны, интервью заранее планировалось по теме войны и переговоров, и вопрос смены власти станет, скорее всего, предметом другой беседы – с намного более острыми вопросами.

Само интервью можно разделить на две части. Первая – это война, переговоры, ошибки Пашиняна и компетентность самого Саргсяна. Экс-президент хотел добиться сравнения между ними в плане компетентности. И с точки зрения политической технологии можно говорить о том, что ему это удалось.

Но что касается событий 2018 года и процесса передачи власти, то Саргсян пока что не выглядел “убедительным”.



Источник

Комментарии

0

Читайте по теме

После карабахской войны президент Азербайджана Ильхам Алиев, как считает турецкое издание Habertürk, демонстрирует свое «искусство открытой публичной дипломатии», выступая на …

На конференции одной из основных была рассмотрена тема «Кризис миропорядка: противостояния и замороженные конфликты XXI в.». С докладом «Азербайджано-Карабахская война …

4 марта второй президент Армении Роберт Кочарян дал пресс-конференцию для ведущих российских СМИ, в рамках которой коснулся внутриполитического кризиса, своих …

Ваш браузер устарел! Обновите его.